Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Экскимосы-папуасы

ЭКСМО, 2014.









Оцените уровень вёрстки: розовым выделены примечания редакции. Еще раз: выделен неавторский текст.
В одном месте сошлись три идиота; автор пространных комментариев (в стиле "всё было не так, развяжите меня, и я расскажу правду"), редактор (пропустивший такие перлы как "пулемёт общего назначания" и "осветил прожектором ареал") и верстальщик, решивший не заморачиваться с примечаниями внизу страницы или в конце книги.
И это "издательство № 1 в России" (цитирую ихниевую самопрезентацию с сайта).

OIY4WbWO.jpg medium

XeWocu-q.jpg medium

Чёртишвила добрался до Семилетней войны

пролистал за минуту у полки соответствующие страницы акунинской "Истории Г. Р."

- пруссаки взяли Прагу!!!
- Фермор завоёвывал Восточную Пруссию  п я т ь  месяцев.
- сражения при Пальциге просто нет (ну да, чистая русская победа, непонятно даже как обосрать).
- Пруссаки в 1761 году побили австрийцев в Саксонии, Силезии и дважды французов на западе!

В общем, пук в воду, как с первого тома о прото-славянах пошёл, так и не останавливается.

P.S.

Больше всего поражает наглость, с какой втюхивают этот сырой продукт. Отдельная полка во всех крупных книжных магазинах, рекламные плакаты, объявление "На сию книгу недействительны скидки по накопительным и социальным картам"; сам продукт дизайнерски оформлен с пафосом, никак не коррелирующим с минимальной полезностью текста и иллюстраций. Полноцвет, атласная бумага, многоступенчатое оглавление — а текст уровня III курса истфака педвуза, р е ф е р а т и к.

(no subject)

Поступила рецензия на КиС-8, хорошая, лестная, но... на емейл. Человек совершенно не в сетях. Что делать? Запостить в ЖЖ? а не скажут "Доля поехал, сам про себя пишет"? Но что поделать, да и человек вон сколько написал. С его конфирмацией выкладываю.
Отзывы мне важны: я не блогер-мультитысячник, которому только клики, заходы и монетизация интересны, а в комментах хоть говном обливают; и не настоящий литературный деятель, которому тиражи и авансы милее отзывов лохов, уже купивших книжку.
* * *

          Это не совсем рецензия, а бегло набранная благодарность. Рецензию надо писать обстоятельно, прибегая к точному цитированию, отмечая новизну, приводя обширную литературу предмета и всенепременно нахваливая Школу "Анналов" и постомодернистский вызов вкупе с лингвистическим поворотом). У меня это чуть более развёрнутое "спасибо". Дело в том (сейчас преобразуюсь в кэпа), что, невзирая на жанр, книжки делятся на хорошо, посредственно и никудышно написанные. Со всеми нюансами и градациями – неглупые люди, понимаем и улавливаем. Да, жанр и форма тут не главное – могут быть идеально поданные порнография или сплаттерпанк, а можно в два счёта запороть и заскушать самую беспроигрышную тему. А сомнительную с т.з. читательской привлекательности тему можно обыграть и преподнести в непривычном и увлекательном виде. Это очень непросто. В 8-м выпуске альманаха Вы справились с данной задачей.
Что такое обычно переписка руководителя государства, политического деятеля или генерала? Или вообще его эпистолярное наследие, при публикации? Как правило, это солидное фундированное академического плана издание, со всем положенным по оформлению набором указателей и обычно отсутствующим иллюстративным рядом. Где-то густо, а где-то и пусто – Фридрихову переписку, оказывается, у нас не издавали ранее, так вот бы и появиться ей в вышеописанном виде? Не-а. Она дана целым корпусом за один год – первый год войны – но в изумительно красиво стилизованным под манеру изъясняться в dix-huitième siècle переводе. Одна такая подача принесёт читателю море наслаждения и «сделает» те несколько недель, которые он будет знакомиться с этой вовсе не тонкой книжкой.
В таком общем виде и стоит видеть мои маленькие замечания-вопросики-примечания на полях – если бы мне не приглянулся очередной выпуск с его единственным, я бы это не отметил и не поделился с автором перевода наблюдением. Ведь есть ещё один род литературы – никудышно и даже отвратно написанной, но всё одно «неизбежной» из-за важности темы и некоторой безальтернативности. Бесполезное дело, скажем, рассуждать о передаче названий, фамилий и просто удобоваримости подачи информации А.И. Поповым – это всё ниже критики, местами просто дико. А по качеству проработки материала – столь же добротно.
И очень здорово, что наш Доля – не Соколов. Можно было бы годами тыкать палочкой в Стёпку и первого петуха, но Вы немного времени сему посвятили. А тот, напротив, часами(!) с Жуковым махал своими толстенными изданиями в эпичном противоборстве со сварливым фриком-гомосексуалистом. Показал себя... крикуном с очень значительным самомнением, скажу так.
Обратите внимание, кстати, на Д. Сдвижкова. В его книжке КиС упомянуты самым благожелательным манером и внесены в библиографию (а вы скептицизировали в отношении себя самого).
Выпуск поучился "реальное вау". Потом отсниму на полочке все восемь, как дочитаю (первый всё же заимел - выменял у Исаева). Получилась классная гармония содержания и оформления: изумительная стилизация редкой и ценной информации сопровождается атмосферными заставками и ОТНОСЯЩИМИСЯ К ДЕЛУ иллюстрациями (капс неслучаен, в исторических сочинениях зачастую бывает по-иному, мне нет нужды Вам рассказывать).
Повторю: крайне увлекательное чтение. Всё, дошёл до начала войны - после виньетки и карты на стр. 183 Старый Фриц* пишет из Белица. Прихожу к интересному заключению: можно было бы именно восьмой журнал считать первым в серии, потому что в нём последовательно излагается завязка войны. А может, и верна нынешняя расстановка: читателю уже хорошо запомнились умело поданные линии персоналий (из прошлого выпуска мне запомнился сильнее прочих Галиссоньер "который не крейсер", ранее - Румянцев, Цитен, ряд британцев), сражений и монеток, и интересно узнать, как и с чего всё началось: последовательно не калейдоскопом. Иногда смена подач материала обновляет восприятие и систематизирует в голове ранее полученные сведения.

С уважением,
Антон Печерский.
* * *

____________
* Вот опять "Старый Фриц"... а в начале Семилетней войны ему было 45 лет.

Евгений Фёдоров "Каменный пояс"

Имя на обложке не вызвало никакого отклика (помню лишь лысого питерского рокера 90-х)
Текст нутряной, кондовый, про империую Демидова. Все штампы истхудлита 19-20 веков плюс бантик комми ("не ты, Демидыч, завод поднял, а трудовой народ"). Написано очень водянисто и скучно, никаких "затоковал дятел". Можно было бы использовать для диктанта, коли не имитация речи семнадцативековых простонародцев, все эти "жонка", "прямышный", "Пётр Ляксеич" (для меня это  р в о т н о е, писал уже). Книжка позднесталинского ампира (1950-53), но переиздавалась до конца СССР
Больше всего в этой книге 1987 года выпуска понравился тираж — 2.500.000 экземпляров.

Юрий Федоров

Книга в багровом коленкоре с золотыми буквами и тиснёным контуром тачанки на обложке кричала "не бери меня! я про рубак-коммуняк". Но вот руки дошли, очки надеты, и тачанка оказалась каретой. Под обложкой исторический роман "про Пытра" и про зипуны на море.

ФИО автора серовато и мне не знакомо. Погуглил: выпускниг истфага МГУ, редактор в государственном АПН, пописывал в своё удовольствие романчики, прыгая по темам, не разнесённым ещё разрывами пикулевских "чемоданов". Тиражи скромные, до ста тысяч даже не дотягивающие. Издание усеяно новинкой перестроечной эпохи, знаком копирайта, а именно:
© Состав, оформление. "Московский рабочий", 1988 г.
© Издательство "Советский писатель", 1983 г.
© Издательство "Современник", 1983 г.

Но жаркий судебный процесс о наследии с участием автора и трёх издателей нам не грозит: пишет он невозжигающе — тридцатилетний стаж работы литцербером не даёт раскрепоститься глаголу а-ля саввич. Хотя пытрописание и жизнемытарства русских сермяжников есть сложившиеся жанры, ведущие свои начала (бля, едва только вдохнул со страниц этого смрада и уже написал "начала свои ведущие") с середины XIX века, тут канонъ на каноне, как в фильмах про ковбоев, фактура уже готова, а в сюжете автор решил придерживаться исторической правды.

О чём эти книги:

№1. Гнидогадоидная глиста, волосатик, власовец и царевич-перебежчик Олегзей Пидрович хочет сравнять с землёй Питербурх, отдать Карле все завоевания, сдать батеньку на Гаагу, а боле зело дудонить рейнское и долбиться в жопею с цесарским резидентом в обтягивающих белых леггинсах. За это его народный суд Василеостровского района приговаривает к исправительным подземным работам. Так как пытропис — это лего, то все шлакоблоки и словофлрмы вы прекрасно знаете сами, да и сложившаяся фигура оригинальностью не блещет. Из забавного есть австрийский "граф Колорадо" (Коллоредо), разумеется негодяй, и очень много зело и понеже. Что это за исторический роман за восемнашку без зелы? это дрянь какая-то, а не роман. Натрусив зелы на каждую нечетную страницу, автор попинывает всласть поганый Запад, вызывая у читателя подозрение, что прорубание туда окна Пытром происходило только для целей смачного харчка в закатную мглу и выкриками "Пидорасы, жиды, бани не знаете, уёбки. Сдохнете без пушнины, а Питербурху бысть!".

№2. Наши щупают Америку, землицу алеутскую и алясочкинскую волость. Тут гораздо более духмяно насрато русизмами  и историзмами, так как действие разворачивается вдали от Европы. Были у писателей тщательно таимые от собратьев записные книжки с анахронизмами, рассортированными по тематике и здесь оная пущена в работу на полную катушку. "Чаво. чаво, всколготились-то, озёмые? Ён очает итка-то поелико иньше, або мудьи окмёлые в онучи соваишь". Чувствуется, что на счёт диалектизмов был допрошен даже родной дедушка Кильсеич (ему дано посвящение), и выведен потом в романе мужиком Кильсеем (разумеется, мощным как кабан, хитрым как медведь, смелым как тигр и умным как гайдар). Писатель отложил окурок "Родопи", с которым позировал фотографу из агенства на обложку и вспомнил своё волжское деревенское детство, пронзённую солнечными иглами дырявую уборную да смазанный коноплянным маслом пробор соседской девки Агафьи... "Мощно, мощно, как петропавловская пушка или набат пугачевского бунта...а.... Вота потекла молофья, молофеюшка, да по равнинам и долам отечества. Широко взбрызнула, как матушка Россия, до самой Америки раскинулась и на брегах седых Невы упокоилась". Писатель вытер пальцы о присланную на сверку копию статьи "Контрас не пройдут! Крепнет советско-никарагуанская дружба" и открыл записную книжку на литере МН ("мысли о народе"),задумавшись, что же выбрать:
- Русский мужик без работы чахнет.
- Никто не умеет так смеяться, как русский человек.
Выбрал обе.
Whiplash

Шовчик

Осиливаю первую главу вот этого произведения, в которой речь идёт о картографировании Шотландии в первой половине XVIII века.

Описание проблемы и постановка задачи: Шотландия в XVII веке была плохо картографирована, и в свете частых мятежей появилась сильная потребность в новых картах, географических, этнографических и хорографических. Для этого британским правительством были организованы съемки местности с попутным описанием проживающего там народа. Вот, я начал и завершил вводную часть в трёх строках. Автору понадобилось 1 4 8  страниц, чтобы только подступиться к конкретике. В принципе, если рассматривать первые сто страниц книги как самопрезентацию доселе неизвестного вам автора, то картина вырисовывается следующей. Малкин хочет выйти на ринг постмодернистского историзма, сразиться с основоположниками. Это не так уж и сложно на первый взгляд, ибо требует всего два умения, только два навыка, что привлекает на это поле толпы историков. Однако два умения не так просты. Нужно порхать по дискурсам как бабочка, и жалить афоризмами как оса. С этим у Малкина ай-яй как неуклюже. Афоризмы автор не генерирует совершенно, предпочитая писать в институт-лекционной стилистике сглаженного нарратива, со всеми этими устными беканьями-меканьями, служащими во время чтения предмета связующими между фразами. На бумаге же все эти "итак", "таким образом", "следовательно", "однако", в конце концов" выглядят мусором. Причём результирующим "итаком" может открываться первое предложение новой главы, "таким образом" употребляется, когда никакого образа ещё и не создано, "в результате" стоит перед фразой, опровергающей предыдущие построения. С порханием тоже не очень. Малкин знает все эти приёмчики из 60-х годов, настроен серьёзно доказать миру, что он владеет материалом, но его физические кондиции ужасны: это пухлый мохнатый мужик в семейниках, свирепо щурящийся сквозь очки и вставший в боевую позу "щас дам вам структурализьму и деконструкции смыслов". Повествование абсолютно далеко от броделевско-фукошно-хохсбаумсковой лёгкости. Тут каждый судорожный толчок сюжета вперёд обеспечивается, как в русских народных сказках, подгребанием и подытоживанием прежде наработанного материала. Вы едете не в спортивном купе, а в бульдозере по песку с опущенным и заклиненным скребком. Автор наработал материал, у него есть мощь, но через 10-15 предложений вы видите только жёлтую стену песка и натужный рёв доцента, пытающегося куда-то вырулить.

Итак (самое гнусное слово-паразит в современном нон-фикшене), после утомительнейшего перехода через вступление, начинается конкретика: автор обращается путевому дневнику и письмам (травелогу) английского капитана, несколько лет путешествовавшего по Шотландии. И вот тут начинается настоящий постпостмодернизм.
Постмодернизм - это когда вы пишите о своём новом революционном и парадоксальном (на самом деле чаще мудацком) взгляде на старые, хорошо известные произведения. Например, вас взволновал Монтескье - нет проблем у читателя, оный переведен и академически издан, можно выбрать лучший перевод. Или, в более близком случае травелога, "Путешествие из Петербурга в Москву" Радищева - есть в каждой школьной библиотеке. А что у Малкина: дневники капитана Барта последний раз заинтересовали английского издателя в 1759 году. Есть ли они на Гуглькнигах я не проверял, но даже если и присутствуют для свободного скачивания, сказать, что это доступный источник будет не совсем верно - архаичный язык, архаичный шрифт, не самые знакомые читателю реалии и термины (blackmail, lifting) препятствуют лёгкому ознакомлению с платформой, на которой резвится автор. Я даже сунулся в конец книги, вдруг перевод дан приложением - нет, конечно. Вот это и есть постпостмодернизм - исписать 200 страниц о не введенном в оборот источнике. Перефразируя известный анекдот "должен быть еще один, деревья сажать", тут заболел и второй участник процесса (исходный текст), в результате чего по газону бродит один доцент Малкин, ковыряя его лопатой то тут, то там. Продуктивность этого процесса очевидна. Я очень туманно намекну на некоторую книжку (не будем называть в лоб, но это "Кружева и сталь" V), где письма и воспоминания даны 1) в переводе, 2) с комментарием 3) с иллюстрациями. Это как котлета с гарниром и соусом. Хочешь - ешь одну котлету, а комментарии пропускай, хочешь - употребляй комплексно. В самарском трактире "У Малкина" вам ставят на стол тарелку одной гречки с луковой шелухой, и требуют за это 652 рубля (потому что повар со степенюшками и регалиями).

Да, про иллюстрации: если в книге на каждой странице вам встречается какая-нибудь -графия, то разве не логично желание хоть что-нибудь увидеть, а не только слушать рассуждения вашего экскурсовода об оной? Иллюстраций в книге ровно 0. Нет, конечно, формат книги "бедненько, но чистенько" не предусматривает показ большой цветной карты Хайленда. Но автор прётся и тащится от "хорографии" (явно лелея мечту стать человеком, вернувшим в обиход этот термин) - а это всякие рисуночки и прочая графика, в изобилии использовавшаяся на старых картах - ну и где она? Про обеды в полной темноте я слыхал, но чтоб по картинной галерее водили с завязанными глазами - такое впервые вижу.

Также бросился в глаза неаккуратный, забытый автором (и пропущенный редактором) шов между двух (всего у автора 70 публикаций) статей на одну тему, откуда брались куски для книги.
Фото 1 страница 132
стр132
Фото 2 страница 137
стр137
Секрет прост: один абзац из статьи Малкина "Тайные советники" (Ростов н/Д, 2008 г.), а другой из его же "Тайных советников", но в другом сборнике (СПБ, 2010).
Отметьте смекливость нашего преподавателя: зная о системе "Антиплагиат" для выявления хитрожопых студентов, копирующих рефераты, он незначительно меняет текст. "Горношотландская среда" становится "местной средой", "более полусотни" - "около полусотни", "во время мятежа якобитов" -  "в течение почти всего периода возмущения".
Да и хрен бы с ним, никто эти сборники не читает, но в книге с претензией, выпущенной солидным столичным изданием "Новое литературное обозрение" такие штуки особенно смешны. Хотелось бы, чтобы этот пост увидел уважаемый В. Егоров, занятый самобичеванием по причине лишнего отступа в таблице обмундирования и рандомным употреблением буквы Ё.

Андрей Плеханов "Бессметный"


Качественно отполированое, как деревянный член, литературное поделие, и зацепиться не за что.

В связи с этим сразу рац. предложение.
В спортивных тотализаторах вам надо просто поставить крестик в нужное поле, выбор ограничивается тремя вариантами (победа 1, ничья Х, победа 2).
Соответственно итоговый купон диктуется кассиру в телеграфном стиле. Никаких разглагольствований, "я полагаю Брест победит, а Монпелье сыграет вничью...".
1,Х,Х,1,2,1,Х,2,2,1.
Коротко и ясно. Угадал 10 из 10 - ты миллионер. 9 -халфмиллионер, 8,7, -тоже неплохо. Угадал мало - лох, порви купон и забудь.
Поэтому я предлагаю фантастам вот что. Все вы хотите денежек, фамилии на обложке и чтобы вас приглашали на телевидение высказаться о ситуации на Уркаине.
Ну чего стесняться-то, это нормально.
Но зачем тому же Плеханову писать 400 страниц хуйни, потом общаться с издательскими мудаками, пропихивать себя, а также портить экологию вырубкой леса и полигонами ТБО, на один из которых уже едет выброшенная вчера его книжка.
Надо составить матрицу ингредиентов, используемых в фентезийном мире и присвоить каждому элементу три квантовых состояния, три возможных энергетических уровня.

Зомби
1 - Есть
Х - Много
2 - Не зомбияров просто нет
Трупы
1 - 1-14
Х - 14-88
2 - Без счёта
Оборотни (частота оборотов)
1 - Один и со скрипом
Х - Компания, весело
2 - Мохнатая кутерьма зверолюдей
Бластеры
1 - Нет. Только мечи и пики
Х - Обычные, на антивеществе
2 - Продвинутые, корпускулярно-маточные прерыватели
Секс
1 - Нет, как в позднем Лоткиене.
Х - Намёками. "Он укрыл ее одеялом, а когда они проснулись..."
2 - "Тёплый танюшин кал на залупе"
Референсная эпоха
1 - Антикизирующееся средневековье
Х - Медиевизирующийся прото-ренессанс
2 - Ренессансный антик пост-медиевального пространства
Политота
1 - Нет. Зомби вне политики
Х - Умеренная. Зомби за Единую Россию.
2 - Лютая. "Полковник 18-го Главного Управления Тютин".
Лексика героев
1 - "Увольте, сударь, от вашего льющегося плюмбума, s'il vous plait"
Х - "Заклинаю Перуном и секирой Тора, отструйно брызгуй от меня свинячьем жарким"
2 - "Блядь, во мудак! Пиздец, сука, ебанутый."
Номинации персонажей
1 - Демид, Ульян, Родомир, Славобор
Х - Гнудальф, Алафадиор, Моноксил.
2 - Николай Иванович
Герои меча или магии
1 - Только холодняк, без бубнежки.
Х - Только палочка и заклинания, не марая рук
2 - Палочка брата Тука и заклинания Пахома
Превозмогание
1 - Завоевано шесть планет (и ещё девять уничтожено)
Х - Основана Империя, в интернете не осталось неправых
2 - Расстрелян Хрущёв и в 1939 году введен промежуточный патрон
Психологический возраст читателя
1 - 13
Х - 13,5
2 - 14
Ватники или эльфийские плащи
1 - Батин ватин
Х - Умеренный национализм
2 - Мордор и Рашка против эльфийского королевства Светлой Любви
Неведомая хуйня
1 - Нет. Только проверенные анабиозы и гиперджеты
Х - Умеренные модификации пси-фактора
2 - Калоиды, внетекстовые трансионы, экибазтуз
Вифня
1 - Без вифни. Пистолет просто пистолет, а что стреляет очередями, то автомат
Х - Пистолет-пулемёт PDW CBJ-MS с патроном 6,5×25 и подкалиберной вольфрамовой пулей в пластиковом поддоне
2 - Ярая дрочка. Усилие спуска 1,34 кг. на планку пикатинни с прорезью 5,2324 мм

(ну и можно расширять реестр бесконечно)

В итоге, вместо писания 400 страниц (и это только одна книга из серии) и возни с продвижением, устраивается конвент.
Выступает Плехан Андреев, представляя свой новый роман "Безжизненный": 2,Х,1,1,Х,1,2,1,Х,Х.
(неодобрительный гул, свист, крики "халтура", "плагиат" и "проваливай"). Уходит сконфуженный.
Выступает Плеханов Андрей, представляя свой новый роман "Бессмертный": 1,Х,2,2,1,Х,Х,1,1,2.
(аплодисменты, крики "ещё!", "любо", "новый лукьяненко"). Выплата по купону роману 15.000 рублей.
И получает приз - эмалированный синхрофазерный преобразователь в повидло, с прикрепленным рулончиком туалетной бумаги, губы вытирать после чтения.